Статья посвящена исследованию философии математики Елены Владимировны Косиловой (1966-2025) в контексте феноменологии, герменевтики и постструктурализма. Основная цель работы - выявить связь между математическим познанием и этикой поступка, показав, как математические структуры конституируются в сознании, оставаясь укорененными в жизненном мире и исторических практиках. Авторы поставили перед собой следующие задачи: критически проанализировать позицию Косиловой в отношении новых онтологий; систематизировать ее взгляды на процессуальность сознания, демонстрируя, как математика становится областью, где этический поступок преодолевает формализм; показать, что, несмотря на критику постструктурализма, Косилова неявно сближается с его гуманитарной проблематикой. Методы исследования включают критическое чтение философских текстов Косиловой для выявления ее аргументов против новых онтологий; историко-философский анализ, раскрывающий влияние Гуссерля, Паточки и Деррида на ее концепцию; метафилософский подход, позволяющий рассмотреть ее идеи в контексте диалога между феноменологией, герменевтикой и деконструкцией. Косилова предлагает оригинальную философию математики, сочетающую феноменологический анализ сознания с аристотелевской онтологией формы и материи, где математика выступает как форма, а физический мир - как ее воплощение, подверженное "шуму". В отличие от крайнего платонизма (Мейясу) и конструктивизма, она рассматривает математику как динамическую структуру, возникающую в диалоге сознания и мира, что требует этики поступка - смелого мышления, преодолевающего формальные ограничения. Несмотря на критику постструктурализма, ее идеи оказываются близки к герменевтике Паточки (историчность математики) и деконструкции Деррида (проблематизация очевидности), особенно в анализе музыки как модели временного конституирования смысла. Ключевым вкладом Косиловой становится концепция, обозначенная авторами статьи как концепция "тонкого тела созерцания" - первичного поступка, соединяющего телесность восприятия с интеллектуальной интуицией, что позволяет преодолеть кризис математики как кризис поступков, а не просто интуиций.

The article is devoted to a study of the philosophy of mathematics of Elena Vladimirovna Kosilova (1966-2025) in the context of phenomenology, hermeneutics, and post-structuralism. The main aim of the work is to reveal the connection between mathematical cognition and the ethics of the act, showing how mathematical structures are constituted in consciousness while remaining rooted in the lifeworld and in historical practices. The authors set themselves the following tasks: to analyze critically Kosilova's position with regard to the new ontologies; to systematize her views on the processuality of consciousness, demonstrating how mathematics becomes a domain in which the ethical act overcomes formalism; and to show that, despite her critique of post-structuralism, Kosilova implicitly converges with its humanistic problematics. The research methods include a critical reading of Kosilova's philosophical texts in order to identify her arguments against the new ontologies; historical‐philosophical analysis, which reveals the influence of Husserl, Patočka, and Derrida on her conception; and a metaphysical‐physical approach, which makes it possible to consider her ideas in the context of a dialogue between phenomenology, hermeneutics, and deconstruction. Kosilova offers an original philosophy of mathematics that combines a phenomenological analysis of consciousness with an Aristotelian ontology of form and matter, in which mathematics acts as form and the physical world as its embodiment, subject to "noise". Unlike extreme Platonism (Meillassoux) and constructivism, she regards mathematics as a dynamic structure arising in the dialogue between consciousness and the world, which requires an ethics of the act - a bold thinking that overcomes formal constraints. Despite her critique of post‐structuralism, her ideas prove close to Patočka's hermeneutics (the historicity of mathematics) and Derrida's deconstruction (the problematization of self‐evidence), particularly in her analysis of music as a model of the temporal constitution of meaning. Kosilova's key contribution is the conception designated by the authors of this article as the conception of the "subtle body of contemplation" - a primary act joining the corporeality of perception with intellectual intuition, which makes it possible to overcome the crisis of mathematics as a crisis of acts rather than merely of intuitions.